Первое боевое применение реактивной артиллерии Красной армии

14 июля 1941 года, состоялось первое боевое применение бесствольной системы полевой реактивной артиллерии Красной армии.

Впоследствии машины, которым дали ласковое прозвище «катюша», воевали на всех фронтах Великой Отечественной, став одним из символов победы советского народа.

В 10 часов утра 14 июля 1941 года семь пусковых установок первой экспериментальной батареи реактивных минометов под командованием капитана Ивана Флерова нанесли удар по скоплению немецких войск в центре смоленского городка Рудня.

Эффект нового оружия был необычен и для своих, и для чужих войск.

Приказ на открытие огня отдал лично начальник штаба артиллерии Западного фронта генерал-майор Георгий Кариофилли. Опытный артиллерист остался доволен результатами стрельбы.

Действуя в интересах 20-й армии генерала Павла Курочкина, 16 июля флеровцы накрыли залпом железнодорожную станцию Орша, вызвав грандиозный пожар среди составов и панику в рядах противника, вступившего в город.

Через несколько часов удару подверглись немецкие части, переправляющиеся в районе реки Оршицы.

Дальнейшим развитием РС-82 и РС-132 стали реактивные снаряды М-8 и М-13, чья дальность несколько увеличилась — до восьми с небольшим километров. Они были предназначены для бесствольной артиллерии.

В 1937-1938 гг. началось проектирование многозарядной системы залпового ракетного пуска наземного базирования. Для использования на ней были выбраны неуправляемые осколочно-фугасные боеприпасы РС-132 ("реактивный снаряд калибром 132 мм"), разработанные в РНИИ под руководством инженера Леонида Шварца.

К марту 1941 г. были собраны первые образцы новой ракетной установки, которые в июне смонтировали на базе шестиколесного грузового автомобиля ЗИС-6.

В доработке системы, первоначально носившей название МУ-2 ("механизированная установка 2"), участвовало конструкторское бюро завода "Компрессор" (Москва).

После успешных испытаний, 21 июня 1941 г. БМ-13 был принят на вооружение, началось формирование первых батарей.

Судьба же ряда первых отдельных батарей сложилась трагически. В Вяземском котле в октябре 1941-го погиб личный состав старшего лейтенанта Евгения Черкасова и лейтенанта Степана Шуктомова.

При этом две установки вместе с боеприпасами попали в руки к немцам.

Там же сложил свою голову и Иван Флеров. Последний бой его батарейцы приняли утром 6 октября 1941 года в районе деревни Богатыри Угранского района Смоленской области.

На месте гибели Иван Андреевич и был похоронен — в 60-х годах, когда поисковики обнаружили его останки.

В 1963 году отважный командир был посмертно удостоен ордена Отечественной войны первой степени, а в 1995 году ему присвоили звание Героя Российской Федерации.

Из 170 флеровцев к своим вышли только 46.

Первоначально системы БМ-13 устанавливались на грузовик ЗИС-6.

Но впоследствии для этой цели чаще всего использовался полноприводный трехосный американский автомобиль Studebaker US6 ("Студебейкер"), поставлявшийся в СССР по ленд-лизу.

Первая "Катюша" попала к фашистам в августе 1941 г.

Об этом в своих мемуарах написал фельдмаршал Манштейн:
"22 августа мы достигли реки Ловать юго-восточнее Старой Руссы. Мой корпус за эти дни захватил 12000 пленных, 141 танк, 246 орудий, а также сотни пулеметов, автомашин. Среди трофеев находилось первое советское реактивное орудие, захваченное немецкими войсками. Мы его сразу отправили в тыл".
Э. Манштейн, книга "Утерянные победы".

Ещё три установки в идеальном состоянии немцы захватили 19 сентября на Вязьминском направлении и две чуть позже в Орле.

Батарея "Катюш" в начале октября досталась фашистам в Мценске. Там же гитлеровцы обнаружили грузовики со 132-мм снарядами. Они-то и представляли главную ценность.

В мае 1942 г. они затрофеили в Харькове целый эшелон снарядов М-13. Пусковую установку с направляющими можно было изготовить на любом заводе, а снарядов к ним у немцев было завались.

Немцы называли "Катюши" "сталинскими органами". Их уникальные свидетельства собрал историк Крейг Лютер. Так, комроты 2-й ТД Гюнтер Байндике считал, что БМ-13 удивительно неточны.

Они накрывали огромные площади, но их нечеловеческий вой по непонятной причине нагонял страшную тоску.

Отто Бизе из 110-й ПД также вспоминал, что "сталинский орган" был чрезвычайно неточным оружием. Поэтому фашисты его не боялись, да и редко встречались с ним.

Истинная сила «Катюши» – не в убийственной точности, а в адском оркестре войны. Рев десятков ракетных двигателей, огненный смерч, накрывающий целые ротные районы, дымовая завеса размером с городской квартал – это ломало нервы.

«Отто-Гарц» боялся не осколков, а звука. Этот страх был реальным оружием. Но когда требовалось не напугать, а уничтожить – работала классическая артиллерия.

«Катюши» же слишком часто стреляли с предельных дистанций, не имея данных для точной наводки, как в том же Горохуве.

Их залпы уходили в болота под Староставами или в пустые перелески, а командиры полков рисовали в отчетах толпы убитых фрицев. Война – это не только сталь и кровь, но и бумага с чернилами.

Грохот «Катюш» гремел в отчетах военкоров, а тихий свист 120-мм мины, аккуратно накрывавшей пулеметное гнездо, остался в журналах батарей, которые не кричали о своих подвигах, а просто делали работу.